История Фотографии
CopyRight Видео Фотографии Links Rss
История
Престольный праздник иконы Боголюбивой Божией Матери

Николас Афанасьев
Середина 1950-х годов


     ...«Особенно любила бабушка ходить в церковь села Ивановка, где поклонялись храмовой иконе Боголюбской (в народе- Боголюбивой) Божией Матери. К этой иконе люди стекались со всех концов страны, так как она, по словам очевидцев, очень многим помогала исцеляться от разных болезней. которые даже врачи не в состоянии были вылечить. Целые толпы верующих стекались сюда, в Ивановку, каждый год 1-го июля на престольный праздник, принося дары иконе и пожертвования на расходы церкви.


     И вот как-то бабушка Александра сказала, что возьмет меня с собой в церковь на этот праздник. Я обрадовался несказанно, потому что очень хотел побывать в ивановской церкви, увидеть своими глазами икону Боголюбивой Божией Матери, о целительных свойствах которой из селения в селение передавались целые легенды.

     Встали мы очень рано, умылись, помолились, позавтракали и тронулись в путь. А дорога была далекая: нам, старенькой бабушке и шестилетнему пацаненку, предстояло пройти километров 25.День выдался жаркий, солнце так и припекало головы. В начале пути было легко, но постепенно ноги стали уставать, наливаться свинцом. Мы делали короткие остановки где-нибудь под кустами или деревьями. Первая большая передышка у нас была в селе Юрманки. Бабушка пред нашим уходом из дому захватила узелок с едой. В Юрманках мы оказались в обеденное время. Сели на травку, перекусили и попили водички из колодца. Благо, что ведерко на барабане колодца имелось. Передохнув, двинулись дальше. По дороге к нам присоединилась юродивая Паша (Прасковья) Кочуркина, проживавшая в Ботьме. Мы, дети, боялись ее, так как давно знали ее. Она ни с того ни с сего могла ударить палкой, кинуть камнем или комом грязи. Ей на вид было лет 30. У нее была невероятно большая голова с редкими волосиками. На голове желтый платок, по краям с мелкими цветочками. Она повязывала его своеобразно, как чепец, или распускала концы вниз. Часто его теряла, возвращалась назад и подбирала.


     На ней постоянно была какаято бордовая кофта, поверх нее цветной мордовский сарафан, расширенный к низу. На ногах она носила то резиновые глубокие калоши, то какие-то непонятные ботики. Руки у нее были пухлые, короткие. Все тело полное, обрюзгшее. Походка медленно-сонная, грузная. На плечах всегда висела торба(в форме длинного мешочка), в нее она складывала подаяния, в основном продукты, поэтому за ней бегала целая свора собак. Чтобы они от нее отстали, Паша отдавала им все продукты, а сама часто оставалась голодной.

     Так вот, идти с этой самой Пашей в церковь стало труднее. Она большую часть дороги пыталась затеять игры то в прятки, то в догонялки, то в лягушечьи прыжки. Я хныкал, так как устал от ее приставаний, бабушка уговаривала ее прекратить все игры. А что с нее возьмешь - она же словно глупый ребенок. Единственное что нас выручило, это то, что она вдруг стала засыпать на ходу. Это с ней такое частенько бывало. Все в округе знали, что она может спать на ходу. Иногда по улице она шла дорогой, потом, через некоторое время, уходила в сторону и ударялась головой о чей - нибудь амбар, или угол дома, или огородный столб. Тогда снова полусонная вскидывала глаза и поворачивала на дорогу. Так и на этот раз, когда она стала засыпать на ходу, мы ускорили ход и оторвались от нее.


     До Ивановки мы делали еще несколько передышек. Хорошо, что от Юрманок до Ивановки дорога шла лесом, поэтому было не так уж жарко, да и день клонился к концу. Поздно вечером мы вошли в Ивановку. Выходя из леса, я увидел на пригорке величественное здание церкви. Кресты на куполах ярко горели, купола башенок переливались причудливыми цветами красок под лучами заходящего солнца. Сама церковь, окруженная хороводом белоствольных стройных березок, находилась за оградой. От такой красоты дух захватывало, какая-то неожиданная радость распирала грудь. Бабушка опустилась на колени и меня заставила сделать то же самое. Мы благоговейно помолились, поднялись с колен и вошли в село.

     Народу в селе было полно, так как отовсюду приехали и пришли на праздник иконы Боголюбивой Божией Матери. Бабушка, идя от одной избы к другой, спрашивала, нельзя ли переночевать. В каждой избе людей было много. Наконец, в одном доме нам предложили переночевать в сарае. Мы согласились. Нам дали по фуфайке, чтобы укрыться, а спать можно было прямо на соломе. Определившись с ночлегом, мы сходили в церковь к вечерней службе.

     Внутреннее пространство церкви было большое, но народу собралось очень много, и мы с трудом протолкнулись вперед. Стены церкви были увешаны большими и малыми иконами, местами расписаны сценами из Евангелия. Впереди – золотой резной иконостас. На нем – большие фигуры Иисуса Христа, Пресвятой Богородицы и других святителей. Я не понимал, кто изображен на иконах, узнал только распятого на кресте Христа и под сводами главного купола его же, но в прекрасных одеждах и рядом с ним парящих в облаках ангелов.
     Икона Боголюбивой Божией Матери была установлена на каком-то странном сооружении в виде очень высокого кресла без спинки и сиденья. После отпущения священником грехов, все слушали стоя службу, временами кланяясь до полу, а затем стали прикладываться к иконе и подныривать через отверстие в кресле под нее и, оказавшись уже с другой стороны иконы, шли друг за другом к выходу.
     Переночевав в сарае, утром рано мы вновь пошли в церковь. Людей прибавилось еще больше. Утренняя служба была долгой. Приехали на праздник, кажется, из Казани, Самары и Москвы архиепископы и много священнослужителей разного чина. Служба получилась очень торжественная, доставляющая наслаждение. Какие сильные и красивые мужские голоса священников звучали под сводами церкви! Песнопение их было чудесное. Праздничные ризы на них то кипенно-белые, то оранжево-золотистые переливались яркими блестками от горящих свечей. Я словно окунулся в сказку.
     В конце праздника состоялось причастие всех, кто готовился к нему. Это сколько ж народу надо было причастить?! Поэтому причащали очень долго. Состоялось и водосвятие. Женщины натаскали в ведрах на коромыслах воды. Два огромных деревянных чана были заполнены доверху. После освящения, омовения святого серебряного креста, воду стали разбирать. Служители церкви разливали ее по бутылям, банкам, бидончикам, кувшинам, графинам, в общем, в то, у кого какая посуда для святой воды была.
     Еще до посещения церкви бабушка Александра строго предупредила меня, чтобы ни возле храма, ни внутри церковной ограды, ни в самой церкви я ни в коем случае не поднимал и не брал в руки никакие предметы, деньги, конфеты, узелки, которые могут быть заговоренными. И если кто возьмет что-то, то в него может болезнь другого человека перейти. А может, на него будет наведена порча. Бабушка советовала быть подальше, если рядом окажутся бесноватые, на кого напущена порча и в кого вселились бесы.
     Я действительно в ходе этих двух дней видел бесноватых. Первых двух женщин, порченых, увидел, когда их подводили к иконе Боголюбивой Божией Матери. Вернее, одна женщина шла сама и вдруг, когда хотела приложиться к иконе, упала перед ней, лицо ее все посинело и почернело. Затем она начала громко лаять и рычать, как собака. Ее подхватили мужики под руки, приподняли с пола, пытались подвести к иконе, но она вся обмякла и упала без дыхания. Ее быстро вынесли на улицу, на воздух. А другую женщину под руки вели к иконе, видимо, родственники. Не дойдя до иконы метра 2-3, она стала дико кричать, ругаться матерно, пинаться. На помощь пришли молящиеся мужчины, но она вырывалась, кусала им руки, плевалась и извергала истошные вопли. Им с трудом удалось вывести ее из храма.
     Внутри церковной ограды таких сцен случалось немало. Было очень жутко от того, что слышалось, то где-то слева, то где-то справа, как с криком падают на землю женщины и начинают биться в припадке. Лица их мертвенно-синие, глаза или закрыты, или очумелые, а из ртов их изрыгаются матерные слова и угрозы священникам.
     Я видел, как одну женщину в церкви подвели к священнику. Он начал читать какие-то молитвы, чтобы изгнать из нее беса. Она же в это время мужским звериным рыком материла его и визжала, что не выйдет, не покинет тело. Бабушка меня быстро увела из церкви, и чем все закончилось, я не видел. Только бабушка через кого-то узнала, что беса из нее священник выгнал. После чего она, обессилев, упала без чувств, и ее родные унесли на квартиру, где остановились. К вечеру она почувствовала себя совершенно здоровой, а что было с ней в церкви, она ничего не помнила.
     Во второй половине дня наши, ерзовские, приезжавшие на праздник, захватили нас с бабушкой, посадив в телегу, которую тащила бодрая и шустрая лошадка.
     Вот таким мне запомнился престольный праздник иконы Боголюбивой Божией Матери, который ежегодно отмечался всеми верующими в церкви села Ивановка первого июля.»...
Источник: proza.ru
Основные разделы
Дополнительные разделы
Полезные ссылки
Copyright ©
Bogolubivaya.Narod.Ru ® 2012 ©. Все права защищены. Используя настоящий сайт, Вы обязуетесь выполнять условия закона о соблюдении авторских прав. При использовании или цитировании информации с данного сайта ссылка на источник обязательна.
CopyRight © 2012 Официальный сайт «Восстановления Боголюбивого храма» в с. Ивановка Старомайнского района Ульяновской области
Рейтинг@Mail.ru Каталог ИТ